Бернард Шоу обрушился на Павлова, чья слава была в зените, назвав его интеллектуальным недоумком и моральным безумцем. Он неизменно встречал в штыки попытки лабораторных экспериментаторов освободить погоню за научным знанием от всякой моральной ответственности. Он говорил: "Сварив свою мать живьем, чтобы выяснить при какой температуре она скончается, можно очень обогатить свои знания; но люди забывающие о том, что есть вещи, которые просто не позволено знать, не могут безнаказанно гулять по свету". Бесчеловечные опыты бесчеловечных людей были ему отвратительны. Он твердо верил, что те ученые, которым лень, черствость или глупочть не закрыли доступа к высокой науке, всегда могут сделать свои эксперименты гуманными.

      Противник вивисекции не отрицает, что физиологи должны проводить эксперименты и даже пробовать новые методы. Он говорит, что нельзя искать знания преступными способами, так же точно, как нельзя добывать деньги преступными способами. Он не возражает против того, что Галилей бросал пушечные ядра с вершины Пизанской башни; но он бы возражал, если бы он хотел сбросить двух собак или американских туристов. Он знает, что существует пятьдесят способов установить любой факт, и только два или три из этих способов безнравственны; тот, кто намеренно выбирает такие способы, не только моральный, но и умственный урод, потому что смешно ожидать, что экспериментатор, который совершает дьявольски жестокие поступки ради того, что он называет Наукой, не солжет о результатах; что ни один вивисектор никогда не примет заключения, сделанные другим вивисектором, и не откажется от еще одной серии вивисекций, чтобы опровергнуть их; что любой дурак может проводить вивисекцию и прославиться, написав статью, описывающую, что произошло, лаборатории заполонили охотники за славой, которые не знают ничего такого, что нельзя выяснить, спросив у любого полицейского, за исключением того, что им знать не следует (например, ощущения убийцы); и так как эти вивисекторы вытесняют гуманных научных работников из институтов и дискредитируют их, они полностью используют все имеющиеся в наличии пожертвования и подарки, не оставляя ничего для серьезного исследования.
Джордж Бернард Шоу

      Зверства не перестают быть зверствами, если они творятся в лабораториях и называются медицинскими экспериментами.
Джордж Бернард Шоу
      
X